Поступление в первый класс — это не только про банты, букеты и белые фартуки. За всем этим торжественным антуражем скрывается один из первых серьёзных экзаменов в жизни ребёнка, и далеко не всегда он выглядит разумным или справедливым. Взрослые, прошедшие через подобные собеседования вместе со своими детьми, часто вспоминают эти моменты с улыбкой, но иногда — с недоумением и даже с горечью. Ведь то, что ожидают услышать от шестилетнего человека, не всегда совпадает с тем, что он на самом деле видит, понимает и чувствует.
В моей семье тоже была похожая история. Когда моего брата принимали в школу, ему среди прочего задали вопрос, чем девочки отличаются от мальчиков. Он растерянно посмотрел на маму и уточнил: «Что, прямо всё и рассказывать?» А от него, оказывается, ждали совсем не того — всего лишь стандартного набора стереотипов про юбочки, бантики и косички. Вот так ребёнок, мыслящий глубже и шире, чуть не оказался в неловкой ситуации только потому, что взрослые придумали слишком узкие рамки «правильного» ответа.
Когда «правильный» ответ оказывается важнее живого наблюдения
Многие родители сталкиваются с тем, что на вступительных собеседованиях оценивается не умение мыслить, а способность угадывать ожидания. Однажды зимой мама привела меня на собеседование перед зачислением в школу. Меня спросили, что я вижу за окном. Я честно посмотрела на улицу, заметила очередь возле магазина и ответила именно так: «Очередь». Психолог попросила повторить. Я снова сказала: «Я вижу очередь у магазина». Тогда она огорчённо покачала головой и произнесла: «Развитый ребёнок должен был сказать: „Зима, снег, кругом бело“». Мне до сих пор непонятно, почему нужно было игнорировать реальность ради красивого шаблона.
Подобная ситуация произошла и у другой семьи, которая пришла на собеседование в гимназию. Девочке предложили описать картинку. Сюжет был простой: автобус, кто-то из пассажиров стоит, кто-то сидит, а один ребёнок явно уступает место пожилому мужчине. Девочка всё подробно описала и добавила, что ребёнок хороший, потому что уступает место пожилому человеку — ведь тот уже старенький, и ему тяжело стоять. Казалось бы, ответ не просто верный, а ещё и нравственно зрелый. Но ребёнку поставили минус. Когда мама спросила, в чём причина, ей объяснили: «Потому что она не упомянула, что на улице хорошая погода, а начинать нужно было именно с этого». Получается, что важнее было не понять смысл изображённого, а назвать формальный признак, который даже не имел отношения к сути.
Когда жизненный опыт ребёнка не совпадает с ожиданиями учителей
Иногда нелепые требования на собеседованиях выглядят почти анекдотично. Одна женщина рассказывала, как её шестилетняя дочь проходила собеседование при поступлении в гимназию. После беседы учительница вывела девочку в коридор и сообщила матери, что в целом всё неплохо, но ребёнок не владеет элементарными вещами. Мама, разумеется, не согласилась и сказала, что её дочка очень умная и развитая. Тогда учительница пояснила: «Я спросила, из какого материала сделан автобусный билет, а она не смогла ответить!» Женщина рассмеялась и объяснила, что её дочь ни разу в жизни не пользовалась автобусом. Семья жила в центре города, всё нужное находилось в пешей доступности, а если нужно было куда-то дальше — ездили на машине. Откуда ребёнку знать, из чего делают билеты, если она их никогда не видела?
Ещё одна история, которая меня особенно позабавила, связана с младшей дочерью одной из мам. Ребёнка привели на собеседование в школу. Учитель беседовала с ней за первой партой, а мама сидела сзади и прислушивалась. На вопросы девочка ответила нормально, затем ей дали задание переписать печатными буквами несколько слов. Маме удалось подсмотреть пару: «дом», «сад». Остальное разглядеть не получилось. Выходят они, и мама спрашивает, какие слова нужно было написать. Девочка отвечает уклончиво. Мама уточняет: «Ну слова-то ты писала?» Та подтверждает. «А какие именно?» — не унимается мама. И тут ребёнок как закричит: «Не было задания эти слова читать! Было задание их писать!» Вот такая буквальная честность, которая, возможно, и есть настоящая детская логика.
Нестандартное мышление как повод для отказа
Случается и так, что ребёнок отвечает настолько оригинально, что взрослые просто не знают, как на это реагировать. Один мужчина вспоминал, как в далёком 1996 году, когда ему было шесть лет, они с мамой пришли на собеседование в обычную школу в пяти минутах ходьбы от дома. Перед ним усадили куклу и объяснили, что это англичанка, которой надо растолковать, что такое велосипед. Мальчик решил, что раз кукла — англичанка, то и объяснять ей нужно по-английски. Вспомнил свою детскую книжку и выдал: «Байсикл». Заметив недоумение на лицах членов комиссии, он уточнил, что это слово означает велосипед по-английски. В ту школу его не приняли, зато взяли в городскую гимназию, где английский был по пять уроков в неделю. Возможно, это был тот самый случай, когда отказ стал подарком судьбы.
Другая девочка перед первым классом проходила тестирование и уже знала довольно много. Женщина, которая его проводила, выложила перед ней карточки с изображениями птиц. Ребёнок назвал всех. Затем взрослая отобрала карточки с гусем, уткой, уткой-мандаринкой, лебедем, селезнем и воробьём и спросила, какая из птиц лишняя. Девочка ответила, что лишний воробей, потому что остальные — водоплавающие. Оказалось, что это неверно. Правильным ответом было, что у всех этих птиц шея длинная, а у воробья — короткая. То есть ребёнок предложил более глубокий и биологически точный критерий, но он не совпал с задуманным шаблоном.
Математика, которая ставит в тупик даже подготовленного ребёнка
Особенно показательна история с мальчиком, который пришёл на собеседование с уровнем математики второго класса. Ему дали задачу: «На одной полянке играли 7 зайчат. А разбежались они на 2 полянки. Каким образом они могли разбежаться?» Ребёнок на мгновение растерялся. Тогда второй педагог спросил, каким способом зайчата могли разбежаться поровну. Мальчик вежливо ответил, что не представляет, как 7 зайчиков смогут сделать это, оставшись при этом живыми. Тут вмешался первый педагог и строгим тоном произнёс: «Я не говорила „поровну“. Я сказала — просто разбежались. Каким образом они могли это сделать?» Маме пришлось перевести сыну: «Состав числа 7». Ребёнок быстро ответил: 1 и 6, 2 и 5, 3 и 4. Затем последовал новый вопрос: «Кого держит за ручки цифра 8?» Мальчик снова не понял, и мама перевела: числа-соседи числа 8. Сын дал ответ. В итоге семье сказали, что у ребёнка слабые базовые математические представления. После этого они отправились в другую школу. Очевидно, что проблема была не в знаниях мальчика, а в неумении взрослых формулировать вопросы на понятном для ребёнка языке.
Когда первое впечатление обманчиво
Не всегда первое сентября начинается с радостного волнения. Одна женщина вспоминала, как ей очень не хотелось отправляться в школу: и так прекрасно жилось с бабушкой — без яслей и без детского сада. Первого сентября 1958 года её маме было неловко: бантики, новая форма с белоснежным фартуком, букет цветов и абсолютно несчастное выражение лица. Но стоило первой учительнице, Елизавете Федоровне, завести их в класс — девочка уже не помнит, что именно та говорила, — как она вышла оттуда к маме с сияющими глазами и почти без остановки повторяла: «Скорей бы наступило завтра». Вот так один человек может изменить отношение ребёнка к школе.
А вот ещё одна забавная зарисовка. Одна женщина повела племянницу на тестирование при поступлении в первый класс. Девочка по имени Лена ответила на все вопросы, вроде бы всё прошло хорошо. Вечером невестка спрашивает, как всё сложилось. Женщина не успела и рта раскрыть, как Леночка заявляет: «Мамочка, даже не знаю, как я буду учиться в этой школе. Учителя там сами ничего не знают, всё время меня о чём-то спрашивали...» Детская непосредственность порой выдаёт такие перлы, которые не придумать нарочно.
Иногда первый поход в школу запоминается не вопросами и тестами, а совершенно неожиданными деталями. Перед первым сентября, когда дочь одной женщины должна была пойти в первый класс, её укусил комар прямо в веко. Вот такими «красавцами» они и отправились в первый раз в первый класс. Эта маленькая деталь, конечно, не имеет отношения к знаниям и способностям, но остаётся в памяти на всю жизнь.
Все эти истории объединяет одно: за формальными вопросами и ожидаемыми ответами взрослые часто забывают, что перед ними — живой ребёнок со своим опытом, логикой и картиной мира. И, возможно, вместо того чтобы подгонять детей под шаблоны, стоило бы иногда прислушиваться к их неожиданным, но по-своему точным ответам.